а с утреца куснуть - чтоП не оставить на вечер
 

Тётенька и булочка



Жила-была булочка.
И была она — ну просто чудо.
Мягонькая, загорелая, с рыжими изюминками и завитушками,
которые шелушились прозрачными слоеными лепестками — словно обгоревший нос дачника.
И все любили булочку. А особенно — тётенька из 48-й квартиры, из дома напротив.
Тётенька каждое утро шла на работу мимо той самой булочной.
Глядела через сверкающие витрины на булочку и махала ей рукой — мол, до вечера!
А булочка в ответ вздыхала сдобным ароматом.
Скучала. Ждала.
Вечером тётенька заходила в булочную, аккуратно забирала булочку в красивой коробочке
и несла домой, держа её на вытянутых ладошках.
И дома у них случались… счастье, взаимность и углеводная гармония.
Тётеньке было хорошо и сладко.
Но однажды тётенька… купила весы.
И весы беззвучно сказали ей, что она тетенька.
Тё-тень-ка! Настоящая!
Обиделась. На весы. И на булочку, и на себя.
Решила разлюбить. Ну… не совсем.
Просто запретила себе думать о булочке.
Тетенька не ходила теперь мимо булочной, не махала булочке рукой, а ходила на фитнес.
И худела — от спорта, от любовной тоски и от недостатка булочки в организме.
И вдруг! В метро и на улице её стали называть «девушкой».
Мужчины — дарить цветы, звать на свидания.
Коллеги — завидовать и просить советы.
На работе — повышение, зарплата, успех.
Тётенька-девушка стала счастливой.
Покупала наряды. Ездила на курорты. Ела сельдерей.
И вот — встретила там дяденьку. А дяденька ей и говорит:
— Вы, конечно, красивая… но вам бы чуть-чуть поправиться.
Та-дам!..
Обиделась тётенька.
Теперь — на дяденьку.
И на обманщицу-судьбу.
Вернулась домой.
И в слезах побежала в булочную...
Что? Ждёте развязки?
Вот вам сразу три морали:
1. Нет ничего проще и прекрасней, чем хранить верность тому, что любишь.
Даже если это калорийное и с изюмом.
2. Решила меняться? — меняйся.
Но никого не слушай.
Тем более всяких мудаков мужиков.
3. Не хочешь меняться?
Любишь булочки? — не ной и не рефлексируй!
Выбрось весы. Ешь.
Люби. И запей чаем.

Еврейский портной



— Сёмочка, сыночка, ты, конечно, уже страшно, жутко взрослый...
— Папа!
— Не перебивай, я настроился.
Я долго думал, и мине надо сказать, тем более шо пока мамы рядом нету.
Так вот.
Ты, конечно, тама у своих акадэмиях нахватался умных знаний, и, главно дело, шо почти сам учился.
Конечно, это твоя заслуга, кто бы спорил, я не буду.
Но вот пришёл, как говорится, час расплаты.
В смысле пришло время сбора урожая.
Так вот.
Ты приехал. Уже отдохнул от учебы. И пора заняться делом.
И шо я вижу?
Я тибе доверил самого любимого нашего клиента.
Софу Марковну!
Сёмочка, ты знаешь, шо такое хороший клиент?
Так вот!
Хороший клиент — это как любимый родственник,
тока ещё лучше, потому шо он ещё и платит тибе денюшку.
Причём платит каждый раз.
Так вот.
Я не знаю, чему тибя там в твоих акадэмиях учили,
но я вижу, шо платье ты кро́ишь на Софу Марковну не совсем правильно.
Сыночка, де? Покажи папе, де хоть одна вытачка?
— Папа, это сейчас так модно.
— Бэз вытачек?
— Ну! Это такой стиль одежды для женщин, «Бохо». Бэз вытачек!

— Сёмочка, бэз вытачек — это не платье, бэз вытачек — это мэшок... для картошки.
А в случае с Софой Марковной, это чехол... на... на...
— На танк?
— Боже упаси. На танк! Для танка нужно дуло. Скорее, на комбайн.
— Ну, папа, при таком телосложении, как у Софы Марковны, вытачки не помогут.
— Здрасте!
Вытачки из Софы Марковны сделают не комбайн, а автомобиль «Мерседес», причем типа внедорожник.
Чуешь разницу!
— Ну где же делать вытачки, если у ней бюст 130 см и бедра 130 см?
— У ней шикарный бюст и не менее шикарные бедра.
Мечта многих!
А вытачки делай. Вертикальные, на плечевых швах.
Вытягивай ей силуэт и делай подкройные бока.
А то она уйдет до другого портного.
— Папа, но это уже не стиль «Бохо».
— Для Софы Марковны не нужен никакой стиль.
Она сама... стиль. Ты видел ее походку? Она плывёт как... как...
— Как баржа?
— Адиёт! Как бригантина.
— Папа, ну я так не могу.
У нас был предмет «Дизайн и новые направления в лёгкой промышленности»,
там так красиво показывали новые тенденции моды.
Мы смотрели выставки парижские.
— О! Париж!
Это красиво.
В Париже бригантину не встретишь, тока мэлкие рыбацкие лодки.
— Ну не скажите, папа. А яхты миллионэров? А океанские лайнэры?
— Яхты миллионэров пусть обшивают другие.
Нам ихние яхты до... яхты.
У нас своих шаландов полные кефали.
Делай вытачки.
Экспериментировать твоё бохо будем на маме.
Она ж от нас не уйдет до другого портного.

немного морали - выбирайте сколько и с кем пить
 

над пьяными друзьями

1.


2.


3.


4.


5.


6.


7.


8.


9.


10.


11.


12.


13.


14.


15.


16.


17.


18.


19.


20.


21.


22.


23.


24.


25.


26.


27.


28.


29.


30.


31.


32.


33.


34.


35.

в "города"...


– Опоздал опять.
Голубь уселся поудобнее и клюнул какую-то невидимую крошку на крыле горгуля.
– Каюсь, мессир. Пятница, сами понимаете.
– Снуют небось туда-сюда, дороги все запрудили?
– Точно так. Как вы здесь, ваша милость?
Горгуль хмыкнул и скривился ещё пуще обычного.
– Да как как. Скукота адская.
Плеваться вниз надоело.
Смотреть надоело.
Да и какой смысл – закутанные все, ни бочка женского не углядеть, ни коленки.
– Не печальтесь, мессир. Весна близко.
– И то ладно. Чего там вообще в мире-то делается?
С крыши сорвался кусочек штукатурки, голубь проводил его вниз задумчивым взглядом.
– Да как вам сказать. Стабильности нет...
– Люди, что с них взять.
Стабильное у них только «хм, зачем я пришёл на кухню» и крошки на диване.
А, ну и недосып.
– И мемы с котиками, смею заметить.
С ними тоже завидное постоянство наблюдается.
– Ну хоть это радует. Так и что говорят, когда наладится-то?
– Говорят, с понедельника.
– Аа.
Ну это тоже стабильно.
Да ну их, впрочем.
Давай в города лучше.
– Только на этот раз прошу не жульничать, мессир.
Горгуль легонько качнул левым крылом и поёрзал, устраиваясь поудобнее.
– Да чтобы я, да ни в жизнь.
Всё, я начинаю.
Единорожск. Тебе на "к".


внезапно небо приоткрылось
там показался чей то глаз
и над землёй раздался голос
о господи так и кишат

говорим?




Девочки начинают говорить раньше, потому что им надо многое успеть сказать.
У мужчин ведь оно как. ㅤМолчит.
"Мужик сказал - мужик сделал". ㅤИ опять молчит.
ㅤА у женщин всё иначе...
ㅤЖенщина сказала.
Подумала.
Передумала.
ㅤПожалела, что сказала.
ㅤСказала снова.
ㅤПодумала - зачем сказала снова?..
ㅤПодумала - зачем передумала?
ㅤПодумала, что сказать теперь..?
ㅤСказала.
Передумала.
ㅤПодумала...
стоит ли ещё что-то говорить..?
ㅤПодумала - стоит.
ㅤСказала.

Песенка мышонка



Жила-была в лесу мышь.
Жила долго и, преуспевала даже на различных поприщах.
Любила в солнечный денёк влезть на пенёк, да и исполнить песенку.
А то и не одну.
Тем и кормилась.
Пела мышь хорошо, ну или считалось, что хорошо, но в общем не бедствовала.
Подношения за концерты были немалые,
так что ближе к пенсии кроме чепца с рюшами,
обзавелась животинка и норками в центре леса возле пенька, и кладовыми с припасами,
и кое какими связями в животном мире.
Но как и совсеми старухами случилась и на нашу проруха.
Надулась она однажды на крупу неудачно.
И что-то пошло не так, то ли крупа не та, то ли дулась не так, но забрали у мышки одну норку.
Вернее даже не норку, деньги от продажи норки.
Однако ж придя в себя и сдувшись до обычных размеров,
животинка наша норку себе вернула, а вот денег за неё нет.
Но тут поднялся эль шкандаль. На концерты идти к ней не хотят.
В стенгазетах о ней даже пьяные муравьи строчат заметки после трудового дня.
Удалось уровнем дерьмовыбросов затмить даже старую крысу с молодой галкой,
сваливших в неудачный час в соседний лес.
И тут мышь доказала, что не зря долго живёт.
Заявила, что была под воздействием гороха, отравилась газами, не ведала, что делает.
Деньги за норку вернёт.
И не нравится мне во всём этом один момент.
Вроде бы и справедливость восторжествовала.
Но сдаётся мне, что это была репетиция.
Кто-то очень грамотно срежессировал возмущения жителей леса.
Шепнул нужным зверятам нужное и вовремя.
Те своим передали.
За неделю все на уши встали и продавили нужное решение.
Норка норкой, крупа крупой а мышь без галчонка
а могла бы ещё примадонничать и крутить педали эстрады

женщины лгут?


Однажды сидела швея на берегу реки, шила и обронила напёрсток в реку.
Заплакала швея горькими слезами.
Появился перед ней Господь и спросил:
— О чем плачешь, женщина?
— О, мой напёрсток упал в воду, а я только шитьём могу зарабатывать и поддерживать мою семью!
Тогда Господь достал из воды золотой напёрсток с сапфирами.
— Это твой?
— Нет.
Тогда достал он золотой напёрсток с рубинами.
— Это твой?
— Нет.
Тогда достал он простенький кожаный напёрсток
— Это твой?
— Да, мой.
Господь оценил честность женщины и подарил ей все три напёрстка.
Несколько лет спустя эта же швея гуляла у реки с мужем,
и вдруг муж упал в реку и не появился на поверхности воды.
Заплакала женщина, и вновь явился Господь и решил помочь ей.
Извлек он из воды Джорджа Клуни.
— Это твой муж?
— Да, — ответила швея.
— Ты солгала! — рассердился Господь.
— Да, я солгала, — заплакала женщина.
Прости меня, и выслушай. Если бы я сказала «нет», ты бы вытащил из воды Брэда Пита.
Если бы я вновь сказала «нет», ты бы извлёк моего мужа.
А потом, услышав мой честный ответ, подарил бы мне всех троих!
Но я уже не в том возрасте, да и здоровье не позволяет жить с тремя мужьями!
Только поэтому я обманула тебя.
И Господь оставил ей Джорджа Клуни.
Потому что если женщина и лжёт,
то только по уважительной причине и только во имя хорошей цели и в интересах других!


почему какой-то бабёнке тов. Б проявляется при малейших слезах
а остальным хоть всё семейство утопит с соседями и их хомяками не приходит никак.
может громкость воплей подкрутить или ещё топором надо поработать было
и почему мадамам приходит - а мужичёнкам нет. свободу!!! свободу и равенство!!!
потеплеет - выходим и топим баб с подвывами - может снизойдёт???!!!

прытча
 

одна жена, зайдя в глубину леса,
вышла на большую поляну и остановилась возле столетнего дуба.
Оглядевшись по сторонам, она торопливо залезла на сук и.. . обратилась гадюкой.
Три дня муж не сводил глаз с жены-гадюки,
три дня змея висела вниз головой, шипела,
а с ее языка все капал и капал яд.
Ровно через трое суток яд перестал капать, змея соскользнула с дуба и вновь обратилась женщиной.
Хлопнула в ладоши, засмеялась счастливым смехом и бегом кинулась к дому.
Муж едва успел опередить ее.
Хвала женщинам, изливающим годовой запас яда за каких-нибудь три дня!

Сомалиец, но не пират...



Соседка уезжала на две недели в отпуск и принесла нам нечто
со свисающим до пола брюхом и двумя фонарями глаз.
"Sука и предатель" —
читалось на морде кота, когда он смотрел на хозяйку объясняющую нам, чем лучше кормить сомалийца.
К нашему изумлению, Мусик ел такие вещи, которые мы даже не пробовали.
Телятину, отварную индейку и кролика у нас в семье никто никогда не готовил.
Кот упал на бок посередине кухни и надменно наблюдал, как моя бабушка,
которая в войну питалась картофельными очистками,
удивлялась разнообразному меню ссаного кота.
— Галя, а чем он заслужил такие обеды?
Он что, воевал?
Ладно ещё вот эти собаки-спасатели... ну которые вытаскивают людей из-под развалин...
А твой Мусик кого-то спас?
Мы все дружно посмотрели на кота, стараясь понять, в чем его заслуга.
Мусик медленно моргнул и закрыл глаза.
Проигнорив вопрос, соседка достала из кармана маленькую баночку,
в которой лежала пара чайных ложек красной икры и сказала,
что можно давать коту по десять икринок в день для витаминизации.
Стоя в проходе между коридором и кухней, я услышала, как бабушка, провожая Галину,
тихо себе под нос сказала "*уянизации".
Соседка остановилась в дверях и выдохнула последний наказ:
— И пусть всегда кто-то из вас будет рядом.
Он плохо переносит одиночество.
— Что он не переносит?! — переспросила бабушка.
— Одиночество, — повторила Галя и потупив взгляд добавила, — с ним играть надо, чесать, гладить.
Только голову не трожьте — этого он не любит.
Лучше по спинке.
Первое, что сделала бабушка, когда закрылась дверь — это положила руку сомалийцу на голову, между ушей.
Этот жест означал, что витаминизация отменяется.
— Ну что, холуй, куриные желудки будешь?
Кот зашипел, но бабуля надавила чуть сильнее и сказала, что сейчас будем играть,
чтобы животное не подумало умирать от одиночества.
Бабка достала зеркальце и пустила по комнате солнечного зайчика.
Такую игру Мусик не знал и скорее всего запомнил на всю жизнь.
За час беготни кот поймал ровно нихрена.
Зайчик скользил по стенам, к самому потолку, затем возвращался, кидался коту в лапы,
проходился по мохнатой морде и снова взмывал вверх.
В какой-то момент даже мне захотелось, чтобы солнце зашло до того, как кота шандарахнет инфаркт.
На закате Мусик сожрал куриные желудки, невнятно мявкнул и уснул.
Бабушка сделала мне бутерброд с икрой:
— Давай, витаминизируйся, Лен!
Завтра кролика будем пробовать!..